Главная » Статьи » Друг познаётся в беде. Как поддержать онкобольного

Друг познаётся в беде. Как поддержать онкобольного

Тяжёлое заболевание (например, рак) – это огромное испытание и для самого больного, и для его близких. Как правильно поддержать человека и помочь ему выкарабкаться из критической ситуации?

Наш эксперт – клинический психолог, член Международного общества онкопсихологов и Международной ассоциации психиатров, Мультинациональной ассоциации специалистов, помогающих онкопациентам, и Европейской ассоциации клинических коммуникаций, специалист реестра Британской и Американской психологических ассоциаций Евгения Ананьева.

Если поинтересоваться у людей, переживших рак или другую длительную опасную болезнь, изменился ли их круг общения после того, как они заболели, ответ чаще всего будет – «да, он существенно сузился». Нет, речь не о вопиющих случаях, когда больных бросают их вторые половины и предают друзья, хотя и такое, увы, бывает. Но, как правило, круг общения редеет потому, что окружающие не знают, как правильно оказать поддержку, не навредив, не обидев. Всему этому может научить онкопсихолог.

Шок, отрицание и далее

Человек, узнавший тяжёлое для себя известие (в частности, диагноз «рак»), переживает 6 стадий. В психологии они хорошо известны: шок, отрицание, торг, гнев, депрессия и, наконец, принятие. Впрочем, не всегда эти этапы идут по порядку, иногда они чередуются, смешиваются, повторяются вновь и вновь. Иногда стадии сменяют друг друга быстро, а порой человек надолго задерживается на той или иной. Задача онкопсихолога – помочь больному как можно быстрее и легче преодолеть все эти этапы, чтобы дойти до принятия и осознания диагноза. Тогда лечение будет происходить продуктивнее.

Но, оказывается, все те же стадии переживания горя проходят не только сами пациенты, но и их близкие. И важно, чтобы на этом пути они не отставали от самого больного (и не торопили его). Потому что, если человек уже принял свой диагноз и настроился на борьбу, а его родственник застрял на стадии гнева или торга и тянет близкого человека то к колдунам и знахарям, то к гадалкам, то в храм, от такой поддержки будет лишь вред.

Хотели как лучше

Борьба с тяжёлой болезнью – долгий путь. На этом пути близкие больного могут совершать массу ошибок. Вот самые частые.

Ошибка № 1. Обижаться. Человек, тяжело заболевший, может вести себя неадекватно. Причём не день-другой, а, возможно, довольно долгий срок. Медикаменты, стресс, страх, «побочка» от токсичной «химии» могут вызвать у пациента депрессию, от которой он будет иногда впадать в апатию, а иногда – в агрессию (и на словах, и даже в поступках). Близким надо войти в положение и постараться не обижаться. Но это не значит, что диагноз позволяет человеку вести себя как угодно. Мягко, но доходчиво окружающие должны указать больному, что он в своём поведении переходит границы.

Ошибка № 2. Всё решать за больного. Иногда близкие не только принимают за самого пациента все решения по лечению, но даже скрывают от него диагноз. Это в корне неправильно! Наоборот, необходимо поддерживать в нём чувство уверенности в собственных силах и контроля над своей жизнью. Человек должен понимать, что с ним и его мнением считаются, что он важен, что он ещё жив, наконец! Нужно помогать ему оставаться активным: спрашивать его совета, мнения по какому-то вопросу, говорить на те темы, которые раньше воодушевляли его: например, о его хобби, увлечениях. Не надо больного специально веселить и развлекать, но нужно стимулировать его самому высказываться, мотивировать его задавать темы для бесед.

Ошибка № 3. Замалчивать проблемы. Трудно и страшно открыто говорить на сложные темы, которые часто возникают во время лечения, но избегать их нельзя, поскольку для заболевшего критически важно быть услышанным и понятым. Поэтому при подобных затруднениях лучше обращаться к онкопсихологу, чтобы убрать собственные страхи и тем самым помочь близкому.

Ошибка № 4. Давать медицинские советы по поводу способов лечения, диеты и прочего. Просто не надо заниматься не своим делом.

Ошибка № 5. Навязывать заболевшему свои мысли и эмоции. Другой человек имеет право на своё отношение ко всему, что его касается. Достаточно просто сообщить ему свою позицию по конкретному вопросу, но убеждать не надо. И злиться тоже.

Ошибка № 6. Отдавать все силы, забывая о себе. Нужно понимать, что рак – это не быстрая история, поэтому лучше настроиться на марафон, а не на стометровку. Придётся перенастроить собственную жизнь, чтобы быть способным помогать долговременно и в необходимом объёме. Чтобы сохранить силы, надо быть внимательными к собственным нуждам. Очень сложно помогать, когда сам не в полном порядке! Как в самолёте, помните: сначала кислородную маску наденьте на себя, потом – на ребёнка.

Главный редактор «АиФ. Кубань» Фатима Шеуджен научилась жить с онкологией.

Напрасные слова

Многие близкие заболевших людей просто не знают, как именно нужно поддерживать, чтобы не сделать ещё хуже. Поэтому им порой проще самоустраниться. Кстати, вот как «поддер­живать» точно не следует. Нельзя:

Обвинять. Например, говорить: «Ага, не ходил на обследования вовремя, а я же тебе говорил, что надо было» или «Ну вот, докурился, а я предупреждал». Пусть даже обвинения справедливы, они сейчас ни к чему.

Говорить пустые слова. Среди таких: «Держись», «Всё будет хорошо», «Я знаю, ты справишься». Вместо этого лучше сказать: «Я буду рядом, я тебе помогу».

Обесценивать переживания. Нельзя говорить: «Да это всё ерунда», «Бывает и хуже». Для человека с тяжёлым диагнозом хуже уже ничего быть не может.

Сравнивать. Не следует говорить: «Я тебя понимаю», «Я знаю, что ты чувствуешь». Тот, кто не пережил подобного, не может чувствовать того же. Точно по той же причине не стоит приводить в примеры истории знакомых – они касаются не его, а других и ничем ему не помогут.

Говорить: «Если что, обращайся». Многим людям бывает трудно просить о чём-то, даже если действительно нужно, поэтому лучше быть конкретными. Например, можно предложить человеку сходить за него в магазин и купить его любимых пирожных или погулять с его ребёнком или собакой, предложить убраться в квартире. Часто, чтобы оказать настоящую поддержку, достаточно просто быть рядом физически, даже молча. Просто вместе сходить к врачу, посмотреть кино, погулять.

Не разрушить себя

Чтобы контролировать свой собственный стресс, родственникам и друзьям больного нужно стараться:

«Предлагают потерпеть»: как устроена помощь пациентам с онкозаболеваниями и болевым синдромом

Онкологические заболевания могут вызывать боль. Она значительно снижает качество жизни и терпеть ее не нужно. Тем более, что в арсенале врачей есть разные виды обезболивающих препаратов. Но на практике часто оказывается, что доступ к обезболиванию ограничен.

С помощью онкологов Алексея Ильюхова и Сергея Савчука и юриста фонда помощи хосписам «Вера» Анны Повалихиной разбираемся, почему людям с болевым синдромом сложно получить рецепт на наркотические препараты и куда обращаться, если с обезболиванием возникли проблемы.

Причины боли

Откуда возникает боль при онкологическом заболевании? Часто причина боли — сама опухоль. Она может поражать кости, мягкие ткани, кожу, внутренние органы, сдавливать магистральные сосуды и нервы, вызывать кишечную непроходимость, нарушать отток желчи и мочи.

Например, при канцероматозе брюшины (опухолевые узлы на брюшине — прим. авт.) поражается тонкий слой клеток, который покрывает все органы брюшной полости. Брюшина очень чувствительный орган, и люди с канцероматозом всегда испытывают боль. Многие онкологические пациенты мало двигаются, что приводит к трофическим язвам и пролежням, которые тоже вызывают боль. Еще боль может быть связана с проводимым лечением — операцией, химио- или лучевой терапией, — поясняет Сергей Савчук.

IMG_2689.jpg

У каждого своя

Боль, как любое ощущение, субъективна. То есть интенсивность боли может измерить только тот, кто ее чувствует. Для оценки боли есть специальные шкалы. На приеме врач может попросить пациента оценить свою боль по 10-балльной шкале, где 0 — полное отсутствие боли, а 10 — максимально возможная боль, которую человек не может терпеть.

В соответствии с этой шкалой работает лестница обезболивания. Если боль от 1 до 3, то нужно использовать нестероидные противовоспалительные средства (НПВС), например, ибупрофен. Если до 7, то сильнодействующие препараты — слабые опиоидные анальгетики (трамадол). Препараты выбора при боли выше 7 — наркотические анальгетики (морфин). Сильнодействующие и наркотические обезболивающие пациент может получить только по рецепту, — поясняет Алексей Ильюхов.

Алексей работает специалистом по паллиативной медицине, большая часть его деятельности связана с подбором обезболивания для пациентов с онкологическими заболеваниями.

shkala-boli-obezbolivanie-kniga.jpg

Пример шкалы боли. Источник: портал «Про Паллиатив»

Всемирная организация здравоохранения рекомендует при назначении обезболивающих придерживаться следующих принципов:

Орально — предпочтение обезболивающим в форме таблеток.

По часам — препарат нужно принимать через фиксированные промежутки времени, не дожидаясь, когда возникнет боль.

Индивидуально — врач подбирает обезболивание с учетом особенностей организма пациента и сопутствующих заболеваний.

С вниманием к деталям — врач должен предупредить пациента обо всех возможных побочных эффектах и о том, как их можно предотвратить.

На практике эти принципы почти не соблюдаются. И пациентам с онкологическими заболеваниями часто очень сложно получить адекватное обезболивание.

Один на один

У отца Светланы из Красноярска рак желудка. После отказа в лечении из-за перенесенного инсульта и сопутствующих заболеваний его направили в поликлинику по месту жительства — мужчина нуждался в обезболивании.

Участковый терапевт назначила НПВС в уколах, довольно быстро средство перестало помогать. Врач выписала рецепт на Трамадол — ни о каком подборе дозы и речи не было. Не предупредили о возможных побочных эффектах. Начались запоры. Папа очень страдал и слег. Вмешалась пандемия, врача вызвать домой стало практически невозможно, без осмотра по телефону выписывали рецепты и оставляли в регистратуре поликлиники. Мы сказали, что состояние стало хуже, смогла прийти участковый врач, и хотя папа ей сказал, что оценивает боль на 3 (он тогда больше от запора страдал), нам выписали наркотическое обезболивающее тоже без плавного перехода сразу три раза в день, — рассказывает Светлана.

Читайте также:  Изучите современные подходы к классификации стадий рака мочевого пузыря

По словам женщины, все проблемы случились из-за невозможности найти общий язык с врачом:

Терапевт придерживалась своей схемы, не слышала нас, вернее, не хотела слышать. Назначение всегда было одно для любого препарата — три раза в день, хотя в аннотации к препарату написано — два раза в день, через 12 часов. Дозы сразу были большие. В 21 веке в городе-миллионнике, краевом центре, мы остались один на один со своими проблемами, как будто живем в глухой деревне со стареньким фельдшером, — сетует Светлана.

«Приходите завтра»

Путь получения рецепта на обезболивающие очень тернист. Часто пациента сначала направляют к онкологу в районную поликлинику. Онколог осматривает человека и выдает консультативное заключение. В нем должно быть указано, что у пациента болевой синдром или что он нуждается в адекватном обезболивании. Дальше врач-онколог отправляет пациента к участковому терапевту за рецептом. Терапевт выписывает рецептурный бланк, и пациент едет в специальную аптеку, где по рецепту получает лекарство.

Зачастую этот путь занимает много времени, потому что на любом из этапов что-то может пойти не так. Во-первых, к онкологу довольно сложно попасть с улицы — нужна запись или направление. Может так получиться, что поликлиника, где есть онколог, не совпадает с адресом регистрации пациента, и ему приходится ехать в поликлинику по месту жительства, чтобы попасть к участковому терапевту. Терапевты очень неохотно идут на то, чтобы выписать рецепт человеку, не относящемуся к его участку, — объясняет Сергей Савчук.

Однако Анна Повалихина уточняет, что такой долгий путь необязателен — терапевт может выписать рецепт самостоятельно или по согласованию с врачебной комиссией. Такое согласование необходимо, если пациент получает наркотические или психотропные препараты первый раз, и проводится, только если это установлено приказом главврача конкретной медицинской организации.

Алексей Ильюхов приводит другие примеры трудностей:

Терапевт может сказать: “Ой, я столько не выпишу”. Или: “Ой, вы знаете, у нас в поликлинике принято, чтобы на рецепте еще руководитель расписался, но его сейчас нет. Приходите завтра”.

Следующая на очереди аптека. Рецепт идет в определенную аптеку — не все работают с наркотическими анальгетиками.

Человек приезжает за лекарством в аптеку и запросто может столкнуться с ситуацией, когда этого препарата в аптеке нет. Или есть, но немного другой, например, в другой дозировке. Тогда ему препарат не выдают. Он разворачивается, едет ко мне назад, и я выписываю ему новый рецепт. И пациент опять едет в аптеку. А она уже закрылась. На практике мы звоним сначала в аптеку, находим нужный препарат, бронируем его и информацию об аптеке даем пациенту, — перечисляет Алексей Ильюхов.

Врач-терапевт, которая лечит папу Светланы, несколько раз делала ошибки, выписывая рецепт. Мама Светланы ехала в аптеку за лекарством, а потом назад в поликлинику — переписывать рецепт.

Часто проблемы возникают у тех пациентов, которые не могут передвигаться и прийти в поликлинику на очный прием.

Терапевт, вызванный на дом, может сказать, что не в его компетенции — определять, нуждается ли онкопациент в обезболивании. Онкологи домой приходят крайне редко — в амбулаторном звене их мало, они физически не успевают ходить по вызовам. Я во всех выписках пишу, что пациент должен быть обеспечен адекватным обезболиванием, даже если пока оно ему не нужно. Это должно сократить путь получения обезболивания в случае необходимости на один шаг, — комментирует Сергей Савчук.

Законный драгдилер

Откуда возникают эти трудности? По словам Анны Повалихиной, одна из причин — нормативная зарегулированность: оборот наркотических лекарственных препаратов регламентируется несколькими федеральными законами, многочисленными постановлениями Правительства РФ и приказами федеральных органов исполнительной власти. Медицинским и фармацевтическим работникам непросто самостоятельно разобраться, как применять на практике этот массив нормативных правовых актов.

Алексей Ильюхов видит эту причину иначе:

Врачи боятся выписывать наркотики. Самое главное, что влияет на ситуацию с обезболиванием — государство смотрит на себя, как на карательный орган, который должен меня, врача, постоянно проверять и ущучивать. Я условно законный драгдилер, и за мной нужно следить, а еще лучше — отнять у меня препараты, чтобы наркоман (пациент) наркотики не получил ни в каком виде. Количество вводных таково, что выписывая наркотические обезболивающие, ты что-то скорее всего нарушишь. Живешь в ощущении, что за тобой в любой момент могут прийти.

200089400850_1272.jpg

В поликлинике Светлане грозили наркоконтролем из-за того, что они «скачут по лекарствам»:

Мы решили получить второе мнение, и нам порекомендовали другой наркотический анальгетик. При этом рецепт на первый наркотик мы уже успели получить. Когда мы попросили выписать новое лекарство, то выслушали угрозы, что к нам и в поликлинику придет наркоконтроль: “Пейте то, что вам выписали”. Правда, в итоге новый рецепт нам все же написали. Эти таблетки очень подошли папе.

По словам Алексея, мешают работе и мифы в головах коллег-врачей:

Некоторые, например, считают, что наркотики нужны только в самом крайнем случае, потому что зависимость сразу, и вообще от них умирают быстрее, поэтому людей, как правило, недообезболивают, предлагают потерпеть. Еще огромная проблема — мы не умеем небольно обезболивать. Трамадол в ряде учреждений, в том числе в детских стационарах будут колоть в мышцу. Стандартная доза 5 мл — это много и больно. А можно сделать укол в вену или дать таблетку. Если речь идет о ребенке, то он будет до последнего терпеть и не говорить, где болит, чтобы ему не сделали еще больнее.

Незначительные изменения

По словам Анны Повалихиной, в последние годы требования, касающиеся обезболивания наркотическими средствами, упростились. В частности:

— не нужно больше возвращать упаковки (ампулы, флаконы) от использованных в медицинских целях наркотических и психотропных лекарственных препаратов.

— срок действия рецепта на наркотические и психотропные лекарственные препараты увеличился с 10 до 15 дней.

— закреплены назначение и выписка наркотических и психотропных лекарственных препаратов не только пациентам с выраженным болевым синдромом, но и с нарушением сна, судорожными состояниями, тревожными расстройствами, фобиями, психомоторным возбуждением.

— увеличено предельно допустимое количество отдельных наркотических и психотропных лекарственных препаратов для одного рецепта.

13659026_1758023227769024_4208838296873020644_n.jpg

Но Алексей говорит, что изменения не очень значительные:

Самые строжайшие расстрельные рецепты (на наркотические обезболивающие — прим. ред.) онкологическим пациентам стали выдавать не онкологи, а терапевты районных поликлиник. Упрощаются требования к оформлению рецепта. Однако тут есть ловушка: рецепт принимает аптека, но “дама в окошке” может не знать последних введений. Нам разрешили хранить эти рецепты не в сейфе — небольшой запас мы можем хранить в запирающемся ящике. Насколько это сделало легче нашу жизнь?

Обещают сделать электронные рецепты по примеру больничных листов. Это хорошо, но не уверен, что эта штука сразу заработает с наркотическими анальгетиками — куда девать завод, который делает эти рецепты, и что делать с кладовщиками, которые хранят запас рецептов?

Куда обращаться пациенту, если отказывают в обезболивании или текущее обезболивание не убирает болевой синдром?

Круглосуточная бесплатная горячая линия Росздравнадзора для приема обращений о нарушении порядка назначения и выписки обезболивающих препаратов — 8-800-550-99-03. Телефоны горячих линий Росздравнадзора в регионах.

Горячая линия помощи неизлечимо больным людям Благотворительного фонда помощи хосписам «Вера» — 8-800-700-84-36. Специалисты линии круглосуточно и бесплатно оказывает информационную, юридическую, социальную, психологическую, духовную поддержку нуждающимся в паллиативной помощи и их близким, а также консультативную помощь специалистам, которые занимаются уходом за неизлечимыми больными.

Круглосуточная бесплатная горячая линия Благотворительного фонда AdVita — 8-800-700-89-02. Специалисты линии могут порекомендовать нерецептурные обезболивающие, чтобы снять болевой синдром, дать юридическую информацию в случае, если в выдаче обезболивающего средства вам отказывают.

На какие законодательные инициативы можно опираться, чтобы отстаивать свои права?

Анна Повалихина выделяет основные:

Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», статья 19 (редакция от марта 2019 года): пациентам гарантировано «облегчение боли, связанной с заболеванием, состоянием и (или) медицинским вмешательством, методами и лекарственными препаратами, в том числе наркотическими лекарственными препаратами и психотропными лекарственными препаратами».

Для пациентов, нуждающихся в паллиативной помощи, назначение обезболивающих лекарственных препаратов, в том числе наркотических, закреплено пунктом 24 Положения об организации оказания паллиативной помощи, утвержденного Приказами Министерства здравоохранения РФ и Министерства труда и социальной защиты РФ от 31 мая 2019 г. N 345н/372н.

В апреле 2019 вступил в силу приказ от 14.01.2019 № 4н «Об утверждении порядка назначения лекарственных препаратов, форм рецептурных бланков на лекарственные препараты, порядка оформления указанных бланков, их учета и хранения», который заменил утративший силу приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20 декабря 2012 г. № 1175н. Новый приказ включил в себя все принятые ранее нормы по порядку назначения и оформления рецептурных бланков на лекарственные препараты, в том числе наркотические анальгетики, как на бумажном носителе, так и в форме электронного документа.

Что делать медикам, если они хотят разобраться в тонкостях назначения наркотических препаратов?

На портале «Про Паллиатив» Благотворительного фонда помощи хосписам «Вера» размещены материалы, которые помогут медикам освоить все аспекты назначения наркотических препаратов и избежать ошибок при выписке рецептов, а также практическое руководство для медицинских работников по оформлению рецептурных бланков на лекарственные препараты при лечении болевого синдрома.

Очень хороший месяц

С новой схемой обезболивания наш дорогой больной прожил очень хороший месяц: встал с постели, гулял, даже на даче побывать успел. К сожалению, сейчас ситуация ухудшилась. Но мы понимаем, что болезнь прогрессирует и ухудшения неизбежны, — заключает Светлана.

Читайте также:  Инвалидность по онкологическим заболеваниям список болезней

«Принять болезнь». Как настроить больного с онкологией на успешное лечение

В сопровождении онкопсихолога нуждаются 90% больных и 40% их родственников.

У больных часто с таким диагнозом сразу рушится привычный мир. А ведь нужно найти силы, чтобы пройти очень сложное лечение. И всё-таки победить. С недавних пор помочь в этом могут онкопсихологи. Василина Шабалина — одна из них. «АиФ-Красноярск» она рассказала, какую поддержку могут получить больные раком, как себя вести родственникам и насколько эффективна психотерапия в борьбе с недугом.

Психологи рак не лечат

Татьяна Бахтигозина, «АиФ-Красноярск»: Василина Васильевна, наверняка далеко не все онкобольные считают необходимым проконсультироваться с психологом. Кто чаще всего обращается к вам за помощью?

20 лет работает психологом.

Василина Шабалина: В сопровождении онкопсихолога нуждаются 90% больных и 40% их родственников. Когда наша служба только появилась в диспансере, в день к нам приходили один-два пациента. Сейчас к одному психологу обращаются по 25-30 человек. Конечно, больше всего женщин. Но в последнее время стали обращаться и мужчины. Чаще всего их приводят жёны. Ведь у нас работает стереотип: как я, такой большой и сильный, не могу справиться сам? Но если мужчины приходят, они обычно остаются до конца курса психотерапии, и у них хорошая положительная динамика. В прошлом году мы впервые сформировали две мужские группы по 7-8 человек.

Не все могут справляться со стрессом сами. Если за спиной есть родственники, жёны-мужья, тыл прикрыт. Но много пожилых одиноких пациентов. Они приходят даже просто ради общения.

Когда онкобольные не доверяют своим врачам, они ищут альтернативное дорогое лечение.

— То есть занятия у вас проходят в группах?

— Мы консультируем и индивидуально, и в группах. Лечащие врачи всем рекомендуют обратиться за помощью к психологу. Когда они приходят, я смотрю, в каком психоэмоциональном состоянии находится человек: это может быть и шок, и истерика, и непонимание происходящей ситуации. Поэтому для начала я работаю с пациентом индивидуально. После таких занятий я отправляю его в группы танцедвигательной терапии, медитации, арт-терапии и так далее.

Нам важно, чтобы пациенты не оставались одни. После занятий в группах многие начинают дружить, вместе ходят в театр, кино, на Столбы.

— В чём заключается ваша работа с пациентами?

— Мы ведём их на всех этапах. Сразу после постановки диагноза, потом готовим к операции, химио- или лучевой терапии, занимаемся с ними после лечения. И даже когда человек входит в ремиссию, пусть пять-десять лет прошло, тоже консультируем. Таких пациентов приглашаем на групповые встречи.

Российские аналоги вызывают у страдающих сильнейшие побочные действия.

— Как психологическая помощь помогает человеку избавиться от болезни?

— Онкопсихологи рак не лечат. Мы помогаем приобрести положительный настрой на лечение. Чтобы человек в спокойном психоэмоциональном состоянии пришёл на химиотерапию, психологически подготовился к операции. Чтобы у него не было скачков давления и панических атак, когда его повезут в операционную. Обследование в первый год болезни для многих тоже катастрофа. Раз в три месяца нужно делать УЗИ. И пациенты могут по две недели не спать. Рассказывают, что когда приходят на процедуру, то эти две минуты, пока их врач смотрит, кажутся вечностью.

Мы обучаем пациентов психотерапевтическим методам борьбы со стрессом: как правильно дышать, как своё тело привести в порядок, чтобы не было бессонных ночей. Случись стрессовая ситуация — пациенты будут знать, как этот опыт применить.

— Конкретнее спрошу: сколько тех, кто обращался к вам за помощью, уже нет на этом свете?

— Из тех, кто был постоянно на виду, двух. Одна пришла ко мне ещё десять лет назад, летом её не стало. Другая скончалась осенью. Обеих очень поддерживали другие пациентки, с которыми они вместе ходили в группы.

Фотограф уверена, что такие истории помогут тем, кто находится сегодня на лечении, кому страшно и он готов сдаться.

Кому задать вопрос?

— На каждом этапе у онкологических больных очень много разных вопросов, которые раньше перед ними не стояли. И не всегда в нужный момент они могут получить на них ответы. Вы же занимаетесь ещё и информированием?

— Мы проводим для пациентов круглые столы. Наши
доктора рассказывают о питании или обезболивании, о том, как бороться с побочными эффектами лечения, а после отвечают на вопросы. Мы считаем эту работу важной, поскольку многие уезжают в районы и часто не знают, к кому обратиться.

Онкология – не приговор.

В группах на первом занятии обычно затрагиваем важные вопросы социальной адаптации. Говорить ли о болезни на работе? Какой парик подобрать? Как быть в интимной жизни? Где взять протез и удобное бельё после удаления молочной железы?

— Много ли тех, кто уверен, что им не тот диагноз поставили, доктора неправильно лечат?

— Немного, но периодически такое всё-таки случается. Например, недавно приходил мужчина с женой. Они убеждали, что нужно по второму кругу обследоваться, потому что врачи не тот диагноз поставили. Этот пациент находился в стадии отрицания. Я объясняю, что, пока он по второму-пятому кругу будет обследоваться, время упустит.

Когда идёт отрицание болезни, многие оказываются у экстрасенсов. Отдают деньги и дипломов не спрашивают. Я всегда привожу случаи из практики. Рассказываю про пациентов, которые не начали вовремя лечиться, а потом через год-два пришли уже не с первой, а с четвёртой стадией.

— Как работаете с теми пациентами, которых направили на паллиативное лечение?

— С такими пациентами я работаю в индивидуальном порядке. Мы говорим обо всех проблемах, которые беспокоят их в настоящий момент.

Также мы работаем с родственниками таких пациентов. Даём рекомендации, как общаться с заболевшим, как гулять, рассказываем о занятиях, которые могут помочь. Пациент может разгадывать кроссворды, заниматься мандалотерапией, читать. Нужно чем-то время заполнить. Неважно, сколько ему осталось жить — качество жизни должно быть достойным.

Не бойтесь разговоров

— Нужно ли с родственниками говорить о наследстве, похоронах?

— Всегда говорю: не надо бояться разговоров о смерти. Многим пациентам очень хочется поговорить об этом. Есть жизнь и смерть — это факт. Мы все не вечны. Но когда человеку ставят диагноз «онкология», появляется чувство реальной смерти. Иногда пациенты мне говорят, что её даже можно потрогать. Тогда как для здорового всё это абстрактно. Поговорите с родным человеком, если он что-то хочет сказать.

У жителей края есть возможность пройти нужное обследование.

Если даже похороны хочет обсудить, дайте ему эту возможность. Тут вы можете не вступать в беседу, просто выслушайте, не спорьте.

Гораздо хуже бывает после того, как человек уже ушёл, а вы что-то важное ему не сказали, прощения не попросили, за руку не подержали.

— Как вы сами, постоянно общаясь с пациентами, которым поставили столь серьёзный диагноз, не выгораете?

— Выгорание может быть на любой работе. Я тоже могу устать, захотеть в отпуск. Нас не зря учат бороться с выгоранием. Нужно уметь уделять время себе, заполнять жизненный ресурс и не носить рабочие проблемы домой. А вообще, я люблю свою работу, чувствую себя на своём месте, потому что знаю, что могу помочь людям.

Василина ШАБАЛИНА. Родилась в Красноярске. Окончила Московский психолого-социальный институт. Работает медицинским психологом в Красноярском краевом клиническом онкологическом диспансере имени А. И. Крыжановского. Общий стаж работы — 20 лет.

Как справиться со страхом рецидива

Часто онкологические пациенты после завершения лечения боятся, что рак вернется. Более того, страх рецидива может сохраняться даже спустя годы после лечения. Какие ситуации провоцируют этот страх? Как не позволить ему влиять на жизнь? Отвечаем на эти и другие вопросы вместе с онкопсихологом, клиническим психологом Светланой Малышевой.

Страх — это нормально

Чувствовать страх в ситуации онкологического заболевания — нормально, поскольку эти болезни сопряжены с угрозой здоровью и жизни.

Онкологические заболевания относятся к хроническим — человек долгое время взаимодействует со своей болезнью, врачами. В этом смысле страх — возобновляемая эмоция, даже если человек обследовался несколько лет назад, страх может вновь вернуться при следующем визите к врачу, — поясняет Светлана Малышева.

Не испытывать страха совсем не получится: страх — наше базовое чувство, а избегать или запрещать себе подобные неприятные эмоции даже вредно для ментального здоровья.

Было бы здорово жить без страха вообще. Нам сложно справляться с такими сильными эмоциями. А сейчас информационное поле заполнено сообщениями вроде: “живи в кайф”, “всех прощай”, “нельзя думать о плохом”, “мысли позитивно”. Но мы не можем отключить или исключить из своей эмоциональной жизни какие-либо чувства, — говорит Светлана.

Гибкий и менее требовательный подход к эмоциям дает человеку больше возможностей для психологического здоровья.

Если стараешься о чем-то не думать, значит, будешь думать об этом постоянно. И человек начинает бороться с этими мыслями. Преувеличивать значение страха: если я этого боюсь, значит, это обязательно случится. И преуменьшать собственное влияние на свою жизнь. В результате человек перестает справляться со своими негативными переживаниями, — уточняет онкопсихолог.

Факторы риска

Провоцировать страх рецидива могут многие факторы, например, посещение врача, онкологический диагноз у кого-то из знакомых или родственников. По словам Светланы Малышевой, на страх рецидива влияют и некоторые особенности личности человека — темперамент, характер, то, как он умеет справляться со сложными ситуациями. Если человек изначально склонен к тревоге — это будет фактором риска появления страха рецидива.

Еще один фактор риска — фиксация на симптомах. Человек придает особое значение всему, что доставляет физический дискомфорт, даже если это легкое покалывание в боку. Начинает думать об этом постоянно, отслеживать минимальные изменения своего физического состояния, воспринимая симптом как катастрофу. «Если у меня что то заболело, значит, болезнь вернулась».

Кроме того, все мы по-разному воспринимаем информацию, у кого-то субъективное восприятие риска может быть ярко выраженным. Например, врач говорит: “Вы молодец, хорошо справились. Встретимся на очередном обследовании, надеюсь, что все будет в порядке”. Один воспримет это как оптимистичный прогноз. Другой в духе: “Я не смогу жить спокойно даже после лечения”, — поясняет Светлана.

Читайте также:  Лечение рака молочной железы
photo_2020-10-16_13.jpg

Светлана Малышева. Фото из личного архива

Две линии поведения

По каким признакам можно понять, что человек столкнулся со страхом рецидива? Светлана Малышева объясняет, что человек воспринимает болезнь на когнитивном и эмоциональном уровнях: «Что я думаю об этом?» «Что я чувствую по этому поводу?»:

Человека могут преследовать назойливые мысли: “А вдруг болезнь вернется?” Он не может планировать ближайшее будущее: “Разве в этом есть смысл?”

Страх может трансформироваться в две линии поведения. В первом случае пациент начинает избегать походов к врачу.

Есть люди, которые объезжают онкоцентр за версту и не ходят на обследования. “Я туда приду, они что-то обнаружат, и я не смогу с этим справиться — с эмоциональной точки зрения”. Но забывает, что один раз уже справился с болезнью, и теперь знает намного больше, чем в начале пути, — напоминает Светлана Малышева.

Вторая линия — противоположность первой — означает повышенный контроль: любой дискомфорт в теле рассматривается, как возврат болезни. Оба этих варианта могут сопровождаться внутренним напряжением — человек не способен расслабиться, испытывает проблемы со сном, аппетитом, хобби, делами.

Как справляться со страхом рецидива: 8 советов

1. Не старайтесь избегать свои эмоции — это не заставит их исчезнуть. Признайте себе, что боитесь или тревожитесь, и не забывайте, что это нормально.

2. Помните, что мысли нам не угрожают. Ни мысли, ни чувства не рисуют будущую картину мира. Иначе мы автоматически перемещаем себя в негативное будущее, которое может никогда не случиться. Стоит проверить мысль на правдивость: «С чего я взял, что все будет именно так?»

3. Подумайте, чего именно вы боитесь. Это сразу дает нашему страху имя и делает его управляемым, возвращает способность что-то предпринимать.

Редко люди говорят, что боятся уйти. Как правило, они боятся быть обузой для семьи, не справиться со своими эмоциями, испытать боль, — уточняет Светлана.

4. Наладьте режим сна и отдыха, по мере сил переключайтесь на какую-то деятельность, например, хобби. Заполняйте жизнь социальными контактами и другими переживаниями.

Мы не заменяем одно на другое, но пытаемся дополнить эмоциональный контекст другими переживаниями. Это все будет работать на эмоциональное состояние, — добавляет онкопсихолог.

5. Владейте информацией. Конечно, ни один врач не сможет точно сказать, как будет развиваться ситуация, но доктор способен оценить ее и дать прогнозы, основываясь на истории болезни, рассказать, по каким симптомам можно определить рецидив.

6. Найдите тех, кто пережил то же, что и вы. Есть данные, что участие в пациентских сообществах повышает качество жизни — исследование проводилось среди женщин с раком молочной железы.

7. Комплементарная терапия может помочь справиться с тревогой. К ней относятся, например, массаж, медитация, арт-терапия.

С помощью воздействия на тело мы можем снизить уровень психоэмоционального напряжения, тревоги и беспокойства. Однако важно при выборе метода следовать рекомендациям врача, если речь идет, например, о физических упражнениях, — заключает Светлана.

8. Если вы понимаете, что самостоятельно справиться не получается, стоит обратиться к психологу. По словам Светланы Малышевой, большой опыт имеют специалисты, которые работают в онкоцентрах.

Уход за онкобольными: основные правила помощи человеку

Уход за онкобольными: основные правила помощи человеку

Онкология — серьезное заболевание, которое требует особенного подхода вне зависимости от возраста больного человека. Пожилым людям приходится тяжелее всего, кроме поддержки родных необходима правильная помощь, поскольку многие из них не могут позаботиться о себе самостоятельно. Если вы не готовы или по каким-то причинам не можете взять на себя такую ответственность, обратитесь в специальное профильное учреждение.

Онкология у пожилых

Рак у людей пенсионного возраста имеет несколько существенных отличий:

  1. Врачи по возможности исключают сложные операции из-за слабого организма пожилого человека.
  2. Кроме онкологических заболеваний часто возникают другие проблемы со здоровьем, в том числе возрастные.
  3. Терапия не одинаково эффективна по причине изменений в организме, ухудшения метаболизма.
  4. Повышенная утомляемость тоже влияет на эффективность лечения.
  5. Ухудшается самочувствие после приема сильнодействующих препаратов.

Это основные причины, по которым необходима качественная паллиативная помощь онкологическим больным. При адекватном лечении и уходе состояние человека улучшается.

Уход на дому

Первое, что нужно сделать после диагностики онкологического заболевания — обеспечить близкого человека вниманием, не оставлять его наедине с проблемами. Если нет свободного времени, лучше найти достойных хоспис с подходящими условиями пребывания.

Многие ошибочно полагают, что в домашних условиях человеку с онкологическим заболеванием будет намного лучше. Уход на дому значительно отличается от профессиональной медицинской помощи. Большинство родственников не имеют специальных навыков и времени на качественный уход за онкобольными на дому.

Уход за онкобольными на дому

Существует несколько правил помощи пациентам, у которых диагностирован рак:

  1. Самое первое — обеспечение позитивного настроения, создание теплой атмосферы. Человек не должен ощущать себя бессильным, смертельно больным. Важна профессиональная психологическая помощь раковым больным и их поддержка близкими людьми.
  2. Обязательна удобная кровать с ортопедическим матрасом и дополнительными функциями.
  3. При необходимости выполняются гигиенические процедуры. Лежачим больным сложно ухаживать за собой, поэтому бритье, принятие душа или ванны, чистка зубов и стрижка ногтей должна проходить под контролем и выполняться с аккуратностью.
  4. Человека регулярно переворачивают, проводят массажи, во избежание появления пролежней. Предусмотрены специальные средства для обработки проблемных зон.
  5. Для людей с онкологическим диагнозом формируется отдельное меню, в соответствии с заболеванием. Рацион составляет лечащий врач.

Уход и питание — важная составляющая лечения и реабилитации пожилых людей, больных раком. Прежде чем принять какое-то решение, обязательна консультация со специалистом. Правильный подход всегда улучшает состояние пациента, избавляет его от многих неудобств и страданий.

Общение с лечащим врачом

Прежде чем посетить лечащего врача, подготовьте список из нескольких важных вопросов. Это поможет вам сориентироваться, узнать важные детали и составить правильную схему лечения или реабилитации. В стандартный перечень вопросов входит несколько:

  1. Определение вида рака и его стадия развития.
  2. Необходимость дополнительных обследований помимо основных процедур.
  3. Важные моменты в процессе лечения или реабилитации пожилого человека.
  4. Что из необходимого можно получить по ОМС.
  5. Продолжительность одного курса лечения.
  6. Побочные эффекты от приема сильнодействующих препаратов.
  7. Допустимые способы облегчения общего состояния пациента, разрешенные обезболивающие медикаменты.

Уход за пожилой женщиной

Сложности при уходе за онкобольными

Близкие могут столкнуться с непривычными для себя обязанностями, поэтому лучше заранее к ним подготовиться:

  • Тошнота или рвота после приема лекарств, пищи или в других случаях;
  • Применение специализированного медицинского оборудования;
  • Купание, стрижка ногтей, остальные гигиенические процедуры, требующие регулярного проведения;
  • Обработка пролежней, швов, смена повязок, применение специальных средств.

На дому не всегда получается обеспечить приемлемые условия из-за разных сложностей. Облегчить задачу можно с помощью определенных мер:

  1. Всегда составляйте списки дел, которые нужно выполнить. Лучше делать это вместе с человеком, больным раком, если это позволяет его состояние. Дайте ему понять, что он по прежнему может принимать важные решения.
  2. Предоставляйте человеку возможность выполнять какие-то мелкие бытовые задачи, найдите посильное занятие.
  3. Обратитесь к родственникам или знакомым за помощью.
  4. Препараты, медицинское оборудование и другие средства должны храниться в одном месте, чтобы они всегда были под рукой.
  5. Обеспечьте пожилому человеку безопасное перемещение по квартире или комнате. Для ходьбы должно быть свободное пространство без препятствий. В ванной обычно устанавливаются поручни, стульчики для мытья, коврики против скольжения.
  6. Если есть сомнения по поводу каких-либо мер, не стесняйтесь консультироваться с лечащим врачом.

Не каждый родственник в состоянии обеспечить правильный уход по понятным причинам. Зачастую людям не хватает времени, чтобы постоянно быть рядом с близкими. Если вы понимаете, что не справляетесь с поставленными задачами, рассмотрите вариант сотрудничества с сиделкой или проживания в хосписе для онкологических больных.

Пожилой мужчина в окружении семьи

Уход в специальных учреждениях

Специализированные организации предоставляют качественный медицинский уход за онкологическими больными вне зависимости от состояния пациента. Сотрудники учреждений имеют необходимую квалификацию для оказания профессиональной паллиативной помощи.

В число основных услуг входит:

  • Социальная адаптация и психологическая поддержка, в том числе родственникам;
  • Экстренная помощь в критических ситуациях;
  • Купирование болевых ощущений;
  • Улучшение общего состояния пациента;
  • Гигиенические процедуры;
  • Организация досуга, прогулки на свежем воздухе;
  • Контроль за приемом лекарств;
  • Устранение интоксикации организма после приема медикаментов;
  • Диетическое питание.

Все программы составляются индивидуально. При этом учитывается общее состояние пациента, возраст, перенесенные операции и другие факторы. Допускается привлечение профильных специалистов и проведение важных медицинских манипуляций.

Во время общения с человеком, который страдает от рака, нужно учитывать психологическую нагрузку. Процедуры должны выполняться аккуратно, без негативных последствий. Благоприятная обстановка — одна из важных составляющих лечения от рака и реабилитационного периода. Если близкий проживает в хосписе, не забывайте регулярно посещать его и поддерживать.

Скопление жидкости в тканях вызывает дискомфорт и неприятные ощущения. В пожилом возрасте эта проблема усугубляется: истончение стенок сосудов, малоподвижный образ жизни приводят к постоянной отечности, причем больше всего страдают нижние конечности. Отек ног – серьезный симптом, который может свидетельствовать о том или ином заболевании. Его нельзя игнорировать. Чем раньше будет выявлена причина, тем больше у человека шансов на выздоровление и улучшение самочувствия.

Пролежни – омертвение кожи и мягких тканей, возникающее из-за нарушения кровообращения. Некроз сложно лечить, и он сильно снижает вероятность выживания лежачих больных. Неправильный уход может усугубить состояние, поэтому важно строго следовать базовым правилам, применять средства для профилактики и доверять присмотр за родственниками и другими близкими людьми только ответственным профессионалам.

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.